Юлия Жабыко

Для учителей и, пожалуй, для родителей тоже идея необходимости системного подхода к обучению давно является общим местом. Понятно, что если браться за обучение, то делать это нужно, выбирая правильный путь.

Системный подход традиционно включает в себя четыре основных последовательных этапа.
1. Анализ потребностей обучаемого (на этот же анализ опирается и построение учебной мотивации).
2. Планирование обучения (исходя из осознания потребностей, планируются цели обучения и способы их достижения, то есть учебная программа).
3. Разработка учебных материалов (школа предлагает облегченный вариант: готовые учебники и дополнительные учебные пособия).
4. Проверка и оценка. Важный этап, практически отсутствующий в школе. Проверка не того, как ученик все усвоил, а проверка себя, правильности выбранных методов обучения, и, в зависимости от результатов, корректировка учебного курса с прицелом на повышение эффективности обучения.

Не буду подвергать детальной критике, да и вообще как-либо обсуждать системность обучения в традиционной общеобразовательной школе, намечу только парой слов общую тенденцию.
Учебные программы и в целом построение курсов по разным предметам были разработаны профессиональными педагогами и методистами несколько десятилетий назад, и отклонений от заданных тогда методов сегодня немного, несмотря на все новаторства: наречие как изучали в седьмом классе, сразу после деепричастий, так и сейчас изучают. Примерно так же дело обстоит  и с другими предметами. При этом, поскольку тщательный личностный подход при работе с классом практически невозможен, понимаем, что точность и выверенность системного подхода к обучению предельно размываются и упрощаются.

Есть один момент в отношении системного подхода к обучению, о котором мне хотелось бы поговорить. Эта сторона обучения практически выпала из сферы внимания школы, но для родителей, взявшихся за домашнее обучение, это крайне важный пункт. Я имею в виду вот что.

Системный подход обязательно должен распространяться не только «вглубь» (в соответствии с перечисленными выше этапами), но и «вширь», и об этом многие часто забывают. Я имею в виду смысловые системные связи, внутрипредметные и межпредметные.

В школе это выглядит примерно так. На уроках литературы подробнейшим образом изучается биография писателя, но чем, к примеру, в целом был интересен исторический фон в то время, что происходило в России и за рубежом, какие, скажем, научные открытия были сделаны тогда – все это тайна, покрытая мраком. И получается, что писатель – сам по себе, эпоха – сама по себе. Полученные знания, может, и хороши, и добротно усвоены, но они предельно фрагментарны и не связаны друг с другом.

В своей первой статье я уже ссылалась на работу К.И. Чуковского «Литература и школа», в которой автор ужасался школьникам, считавшим, что «Лев Толстой участвовал в наполеоновских войнах». А статья, напомню, впервые увидела свет в 1936 году. В редакции 1968 года Чуковский пишет, что картина уже не так страшна, как раньше, многое уже устарело, но, на мой бывший школьный взгляд, автор просто делает некий вежливый реверанс в сторону современности.
Из собственного учительского опыта могу привести совсем свежий пример. Изучаем с девочкой правописание числительных. Чтоб ребенку не скучно было их склонять, я рассказала про русскую манеру считать десятками, а французскую – дюжинами. Пояснила происхождение «-дцать». И напомнила, что есть еще однокоренные дециметры и децибелы. После этого пришлось объяснить, что такое децибел и сколько чего содержится в дециметре... Ученица – десятиклассница. И общий уровень ее развития мне до сих пор казался вполне удовлетворительным.

Это примеры частично и полностью разрушенных межпредметных связей. Повторюсь, речь не об общей необразованности, допустим, или плохой подготовке, а именно о том, что изучаемые предметы совершенно не связаны друг с другом в представлении ребенка.
В 20-е годы ХХ века в СССР среди различных теорий воспитания и обучения детей появилась такая теория, что любой предмет надо изучать всесторонне и комплексно. Например, заяц. Надо объяснить детям, что это млекопитающее, обитает там-то, анатомия его такова, пишется и склоняется это слово вот так, а по-французски заяц называется так-то. При всей инфантильности подобных предложений, довольно быстро, к счастью, отвергнутых, рациональное зерно, как мне кажется, где-то в основе этого подхода было…

Если говорить о связях внутрипредметных, то вопрос чуть более сложен. Считается, что темы одного какого-либо школьного курса взаимосвязаны. Некая связь, безусловно, присутствует, но основной связующий элемент – это зачастую не более чем стержень, на который механически нанизана вся программа, этакая нитка с бусинами. Причем эта нитка – единственное, что связывает бусины в нечто единое. Например, в курсе истории этот стержень – хронология: изучаем средние века, потом Возрождение и т.п. В курсе биологии – это движение от менее сложных организмов к более сложным: млекопитающие, потом человек. В курсе русского языка аналогичный путь: от частей речи к предложению.
Предполагается, что каждый следующий уровень как-то опирается на предыдущий. Довольно популярной в методике преподавания русского языка является теория о концентрическом изучении предмета: каждый новый круг шире предыдущего и включает его в себя. То есть, например, при работе со сложным предложением (максимально сложный уровень, самый большой круг) ученик должен не только знать и уметь все необходимое, связанное с этим разделом синтаксиса, но и помнить, что предложение состоит из слов разных частей речи (курс морфологии); каждое слово состоит из разных частей (состав слова), имеет лексическое значение (курс лексики) и еще как-то пишется (орфография). В школьной практике, разумеется, эта теория превращается в пыль. Озадаченный запятыми в сложном предложении, школьник решительно впадает в ступор при вопросе «А как пишется эта приставка?», поскольку эту тему «проходили» очень давно и с тех пор к ней не возвращались. Постоянным напоминанием о написаниях приставок дело, в принципе, вполне можно поправить, то есть добиться некоторого уровня практической грамотности в целом (и буквы правильные, и запятые на месте). Но о том, что у каждого слова есть своя история, и предложение – это не только организованные в целое слова, но еще и фрагмент текста, призванный как-то влиять на читателя, служащий какой-то цели, - об этом уже можно и не задумываться, это слишком сложно.
Таким образом, внутрипредметные связи в школьной программе представляют собой довольно плачевное зрелище.

Итак, полноценное обучение невозможно без системного принципа, и об этом постоянно должны помнить родители, взявшиеся за обучение своих детей.
Эта системность – палочка о двух концах, как мне думается. С одной стороны, родители должны постоянно учитывать ее, проверять себя на наличие этого критерия. С другой – это и важное подспорье в работе, возможность оценить, в правильном ли направлении вы двигаетесь.

Мне кажется, что видеть межпредметные связи и вплетать их в обучение – задача не очень трудная, особенно для родителей младших школьников. Ребенку в радость познавать мир, и он будет только рад выяснить, что все вещи в мире представляют собой упорядоченную систему. «Волга», например, имя собственное. Рек всяких разных множество («река» – имя нарицательное), а вот такая, которую зовут Волга, - одна. Почему заодно не вспомнить, какие еще бывают реки и куда все-таки впадает Волга?
Кроме того, – раскрою небольшой секрет – отвлечься на пару минут от основной темы урока полезно, это дает возможность немножко отдохнуть, освежает голову, благотворно влияет на дальнейший процесс, а в данном случае еще и работает преподающему на руку: новые полезные сведения.

Что же касается внутрипредметных связей, картина вплетения их в обучение представляется часто более сложной. Перед тем, например, как помочь ребенку справиться с новой орфограммой, нужно обязательно задуматься. А каково место этого правила в целом курсе? Почему она изучается именно сейчас, после этой темы и перед этой? А для чего вообще она нужна? Где и как ее использовать? Эта орфограмма не должна повиснуть в воздухе, она обязательно должна за что-то держаться, на чем-то стоять. Только такой подход обеспечит осмысленное отношение ребенка к изучаемому, подкрепит мотивацию, а следовательно, создаст условия для успешного обучения.

Основная сложность, на мой взгляд, возникает по той причине, что учебная программа, а значит, и учебные пособия, как я уже говорила, не учитывают эту постоянную необходимость в обращении к уже изученному и постоянной систематизации. Учебник движется преимущественно вперед и вверх, а родителю нужно держать в голове всю систему.

Приведу пример, как обычно, из своей родной стихии русского языка. Прошу прощения, если чересчур подробно, но это просто для наглядности.
В простом предложении (с одной грамматической основой: подлежащим и сказуемым) бывают второстепенные члены. Один из них – определение (отвечает на вопрос «какой?» и подчеркивается волнистой линией). Тихая река течет на восток. Река (какая?) тихая.
В сложноподчиненном предложении (где одно простое предложение зависит от другого) есть такой тип придаточных (зависимых) предложений, который называется определительным и отвечает на вопрос «какой?». То есть все предложение отвечает на этот вопрос и является, по сути, определением, только вместо одного слова – целое предложение. Мы пришли к реке (какой?), которая текла на восток.
Аналогия кристально очевидна, не правда ли? Достаточно хорошенько уяснить себе сам тип зависимости – что-то какое-то – и проблем не будет ни с нахождением определения в простом предложении, ни с типами придаточных. И если вы думаете, что эта аналогия как-либо просматривается в школьной программе, – таки нет.

Но именно понимание аналогий, подобных этой, не только обеспечивает успешное обучение предмету, но и в целом помогает учиться анализировать, систематизировать – бесценные для развития полноценного мышления навыки.

И тут, к сожалению, я должна прийти к выводу, малоутешительному для родителей, не обладающих, к примеру, специальностью учителя. Дорогие родители, вам придется стать специалистами, если вы хотите не просто одолеть со своим ребенком школьную программу, но вложить в него Образование в самом высоком смысле этого слова. Вам придется не только изучить основы, например, химии, которую вы терпеть не могли в школе, но и увидеть в ней систему, безупречно организованную и связанную с другими сферами знаний, и смочь передать этот взгляд ребенку. Только с пониманием того, что любая орфограмма – это часть единой и стройной системы, можно выйти на правильный путь Познания.

Закончу полушутливой аналогией. Необходимость системного подхода к обучению можно соотнести с важностью режима дня для малышей. Чем более упорядочен, систематизирован мир вокруг маленького ребенка, тем спокойнее и комфортнее он себя чувствует…